Дао

Любовь

Урок, которым мы делимся в этом письме, как и все ведущиеся в храме занятия Мастера Анатоля, базируется на принципах и традициях классического даосизма. Поэтому, эти уроки не были смягчены, чтобы казаться «политически корректными», и будут, скорее всего, противоречить популярным толкованиям и переводам даосской философии.

В предыдущем письме мы объясняли, что настоящий даос – то есть тот человек, кто обучался Дао и следует его принципам – понимает, что природа не добра. Точнее, природа относится ко всем созданиям с полным равнодушием. И так как мудрец старается жить в соответствии с законами Природы, он также относится ко всем существам с полным равнодушием. Это не означает, что мы, даосы, должны намеренно относиться к людям недобро. Скорее, мы делим людей на две категории: тех, с кем у нас общие цели, ценности и мысли (наш «кокон»), и всех остальных. Мы заботимся о нашем коконе, и мы безразличны к остальным. Мы также понимаем, что, будучи людьми, мы ограничены в наших возможностях что либо делать… включая любовь. Поэтому, мы сберегаем свою любовь только для наших близких.

Но что же в Даосизме понимается под «любовью» и как это соотносится с широко распространенной концепцией «всемирной любви», часто ошибочно приписываемую к Даосизму? Откуда идут эти неправильные толкования? И пожалуй самое главное: как нам, будучи Даосами, относиться к любви.

Без должного объяснения и понимания, с большой вероятностью можно неправильно понять Даосское понимание «любви». Опять сошлемся на тему предыдущей статьи: если Американская культура (и в целом западная, иудейско-христианская культура) может влиять на точность перевода «Дао Дэ Цзин», то тогда она также влияет на интерпретацию терминологии. Даосская литература изобилует упоминаниями о любви или пассажами, которые можно так интерпретировать. Чжуан Цзы говорит: «Любовь к людям и польза для вещей зовется человечностью.»[i] В «Дао Дэ Цзин» Лао Цзы пишет: «Поэтому совершенномудрый ставит себя позади других, благодаря чему он оказывается впереди.»[ii] Далее он говорит: «У меня есть три сокровища… Первое – это любовь… Любовь побеждает в бою.»[iii] Без тщательного изучения классического значения этих цитат неподготовленный человек может ошибочно поверить, что Даосизм проповедует любовь к людям. Так что же в Даосизме понимают под «любовью»?

Для того, чтобы понять, что Даосы понимают под словом «любовь», надо знать язык, на котором Лао Цзы писал «Дао Дэ Цзин» 3000 лет назад. Иероглиф мандаринского наречия китайского языка, который обычно переводят словом «любовь», точнее переводится, как «простота, непритязательность» и «принятие». Замените слово «любовь» на слово «принятие» («простота») в строках Лао Цзы, процитированных выше, и их очевидный смысл резко поменяется.

Когда даос любит кого-то это означает просто принятие чьих-то достоинств и недостатков, а также реальное участие в жизненных перипетиях этого человека. В основе Даосизма романтизм, включающий в себя понятие любви, но только в ясном конкретном виде. Любовь – это действительно красивое слово для даоса. Оно передает чувства, связанные с реальными действиями. Когда даос любит кого-то, он принимает этого человека и ощущает заботу о нем. Любить кого-то – значит проявлять свое естественное желание заботиться об этом человеке и заботиться о его благополучии. Это самое естественное и простое чувство, которое мы знаем. Человек, которого ты любишь становиться частью тебя. Мать, любующаяся своим грудным ребенком, понимает эту связь, как никто другой. Любовь не имеет никакого разумного объяснения – она просто есть. Любовь проникает в самую глубину человеческой сущности. Она необъяснима, потому что основывается на спонтанности души. Она не наигранна, не вызываема силой и идет от чистого сердца. Любовь – это такой же естественный инстинкт, как дыхание.

Теперь сравните конкретное даосское определение любви с туманными понятием, распространенным в обществе. Религиозные деятели, философы, политики, музыканты, знаменитости, кинорежиссеры и популярные телеведущие – все проповедуют идею вселенской любви, никак не формулируя при этом свое видение этой идеи. Вместо этого они пользуются смутными банальностями, вроде «возлюби ближнего своего», «мы дети мира» и «надо взяться всем миром», для утверждения догмы о вселенской любви. При этом данные выдумки не имеют никакого отношения к реальному миру.

Возьмем для примера сцену из американской городской жизни: бездомный человек спит на решетке вентиляционной шахты. Если у вас сердце не обливается кровью от вида этих несчастных людей, то вы будете заклеймены, как бессердечный человек. Забавно, что те же самые люди, которые часто пытаются вас пристыдить из-за того, что вы ничего не делаете – те самые, которые полны любви и заботы о нуждающихся – сами никогда не делают для решения этой проблемы ничего, кроме создания видимости. Они могут возносить высокопарные речи о проблемах бездомных. Они даже могут добровольно работать в приютах для бездомных или жертвовать какие-то небольшие суммы на благотворительность, делая вид, что это их действительно заботит. Но на самом деле они просто успокаивают свою совесть.

Если бы они действительно хотели изменить ситуацию, то легко могли бы переселить всех своих детей в одну спальню, чтобы освободить место для бездомных в своих домах. Но они до сих пор этого не делают, несмотря на то, что они верят в то, что они должны любить всех без каких бы то ни было условий, и прикладывают массу усилий для того, чтобы создать видимость этого. Почему? Потому, что они, конечно, понимают, что такая же сильная любовь к бездомным незнакомцам, как и к своим собственным детям, приведет к двум непреднамеренным, но неотвратимым результатам. Во-первых, подобная благотворительность лишит их собственных отпрысков того качественного уровня жизни, который есть у них сейчас. А во-вторых, их поступок, полный благих намерений, может плохо отразиться на безопасности их детей.

Так что, хотя многие люди публично призывают любить всех людей, большинство не поддерживает эти призывы реальными действиями. Для даосов, признания в любви, вторичны по отношению к самим проявлениям любви. Без самих действий, выражающих любовь, любовь не является таковой. Соответственно то, что с одной стороны проповедуется вселенская любовь, а с другой допускается голодание бездомных людей на улицах, является лицемерием. Понимая это, даосы не принимают искусственную идею универсальной любви. Более того, мы бережем свою любовь, нашу энергию для тех, кого мы приняли в свой круг. Потому, что понимаем – будучи людьми, мы ограничены своими пределами. Эти пределы дают нам возможность заботиться только о небольшом количестве людей. Исходя из этих ограничений, мы делаем свой выбор.

Задумайтесь, если концепция вселенской любви естественна, то зачем требуется учить людей ей и почему общественные институты так настойчиво учат нас этому? Разве нам надо учиться дышать? Любовь так же естественна, как дыхание. Здесь нечему учить. Получается, что вселенская любовь – это не естественная идея?

Вселенская любовь – это одна из массы абсурдных идей, входящих в коллекцию выдумок общества. Более того, самые распространенные мировые религии построены на этой неестественной концепции. Они верят в то, что распространение идеи вселенской любви сделает мир лучше. В теории, мы должны жить в мире без конфликтов и войн. Это прекрасная концепция, но она не имеет ничего общего с реальностью.

Возможно ли любить целый мир, населенный миллиардами людей, которых мы не знаем? Любовь основана на субъективных, личных чувствах, которые могут испытываться к небольшой группе людей. Любовь – это индивидуальное и глубоко личное чувство. Ее нельзя распространить на весь мир. Следовательно, вселенская любовь просто абстрактное понятие, ложная идея, которая не трогает сердце. Хуже всего, что с ее помощь легко скрывают неискренность. До такой степени, что стало аксиомой: чем больше человек говорит о вселенской любви, тем он менее надежный друг. Оба качества не могут сосуществовать. Сторонник вселенской любви в жизни – подловатенький друг и ненадежный партнер. Проповедники вселенской любви распространяют свою собственную неспособность испытывать искреннюю любовь на остальных. Или что еще хуже, их неясная (мутная) идея вселенской любви на самом деле расчетливый метод для манипулирования людьми с целью достижение их собственной выгоды.

Даосы не придумывали правила, которые ограничивают нашу возможность заботиться об определенном количестве людей – мы просто стараемся жить, учитывая этот факт. Поступая подобным образом, мы избегаем разочарования, неудовольствия и чувства вины, которое испытывает большинство людей, когда они не соответствуют стандартам (надеждам) общества касательно вселенской любви. Люди, которые пытаются обвинять нас в безразличии, гуманисты, не имеют никакого понятия о законах природы. В результате, они живут жизнью, полную разочарований от самоуничижения из-за того, что они отказываются принять реальность того, что законы природы не гуманны. «Когда устранили великое Дао, появились «человеколюбие» и «справедливость»[iv].

Алекс Анатоль, Center of Traditional Taoist Studies


[i]   Чжуан-цзы. Глава XII. Перевод В. В. Малявина.

[ii]   Лао Цзы. Дао дэ Цзин. Стих 7. Перевод Ян Хин-шуна.

[iii]   Лао Цзы. Дао дэ Цзин. Стих 67. Перевод Лин Ютанга.

[iv]   Лао Цзы. Дао дэ Цзин. Стих 18 (39?).

(c) dao.su, tao.org